Облачные переводы как практика осознания

Posts tagged ‘L’Etat c’est moi’

­Кен Уилбер. Фрагмент А. Примечания 1–8

Фрагмент А: Интегральная эпоха на передовом краю. Примечания 1–8

«Excerpt A: An Integral Age at the Leading Edge. Notes 1–8» © Кен Уилбер, 2003

Пер. с англ. © Евгений Пустошкин, 2013

Кен Уилбер Фрагмент А Отрывок А

Навигация по «Фрагменту A»

Введение в фрагменты из второго тома трилогии «Космос»

Введение

Часть 1. Космическая карма: почему настоящее немного похоже на прошлое?

Часть 2. Космические привычки как вероятностные волны

Часть 3. Природа революционной социальной трансформации (стр. 1)

Часть 3. Природа революционной социальной трансформации (стр. 2)

Часть 4. Факты и интерпретации (стр. 1)

Часть 4. Факты и интерпретации (стр. 2)

Часть 5. Интегральный методологический плюрализм

Примечания 1–8

Примечания 9–19

Примечания 20–30

Примечания 1–8

[1] Alexander and Colomy, «Neostructuralism today», in G. Ritzer (ed.)., «Frontiers of Social Theory».

[2] Строго говоря, коллективный или общественный холон (культурный или социальный) не имеет единой организующей деятельности, воли или сознания, а следовательно — общественные холоны напрямую прегензивно не познают своих предков, или предыдущие общественные холоны, так же, как это делают индивидуальные холоны. Именно субъективность прегензивно познаёт предыдущую субъективность, но все субъекты возникают в контексте или на фоне субъективности (и межобъективности), которая частично формирует и влияет на саму природу субъективности. Если точнее, каждый холон обладает субъективным измерением, которое напрямую прегензивно познаёт своё прошлое, но также он имеет и межсубъективное измерение, с которым субъективность всегда уже тетрасочетается, или тетрапереплетается (tetra-mesh), и, следовательно, оно в какой-то степени ограничивает форму ощущений (чувствований), которые данная субъективность может испытывать в любом действительном событии. Подобное ограничение, налагаемое космической привычкой, есть форма культурной памяти. Сходным образом, объективные измерения любого холона тетрасочетаются с межобъективными реалиями, которые ограничивают форму объективного поведения, — данное ограничение проявляется в виде памяти социальных систем.

В течение веков философы вели дебаты о сходствах и различиях между индивидуальным и социальным. Кто-то вообще отвергал любые различия; другие отвергали любые сходства. И обе стороны правы: безусловно есть важные сходства, а также существенные различия между индивидуальными и социальными холонами, — см. «О критике, Интегральном институте, моих последних работах и прочих делах небольшой важности: интервью издательства „Shambhala“ с Кеном Уилбером».

(Каким образом проще всего отличить индивидуальный холон от социального, или общественного, холона? В первом случае наличествует зримая физическая граница: муравей — это индивидуальный холон, а колония муравьёв — это социальный холон; человеческий организм — это индивидуальный холон, тогда как семья, клуб и нация — это человеческие социальные холоны. Смешение одного с другим является пагубной ошибкой, которая (помимо всего прочего) как раз и представляет собой определение фашизма, неважно — политического фашизма, экофашизма или же фашизма ценностей, ведь в таком случае к коллективу относятся как к индивидууму с единичной волей, ценностью и интенциональностью, что делает всех настоящих индивидуумов рабами этой системы и её доминантной монады. Подобное наблюдается во всевозможных случаях от простых теорий, таких как автопоэз Матураны и Варелы до реальной политики (как, например, пресловутое изречение Людовика XIV L’Etat c’est moi — «Государство — это я», из которого следовало, будто всё население Государства должно поступать «как я, его доминантная монада, повелеваю»). Герберт Спенсер был первым, кто подчеркнул значимость данного различия, отметив, что социальное и индивидуальное можно противопоставить с точки зрения, соответственно: асимметричности против симметричности, дискретности против конкретности, чувственности во всех содержащихся единицах против единичного чувственного центра. Уайтхед был согласен с этим, он называл подобный чувственный центр (которым обладает индивидуальный, но не социальный холон) «правящим ядром» (regnant nexus) или «доминантной монадой». Речь идёт о том центре субъективности, который и осуществляет любую прегензию, — вот почему социальные холоны прегензивно не познают своё прошлое так, как это делают индивидуальные. Эти вопросы подробно рассмотрены в «Фрагменте B», в особенности что касается смешения Матураной и Варелой социального и индивидуального. Данная путаница была исправлена во влиятельной реформулировке теории социального автопоэза, предложенной Никласом Луманном. Это также обсуждается в «Фрагменте B»; см. также примечание 3 ниже.)  (далее…)

Реклама

Облако меток