Облачные переводы как практика осознания

Posts tagged ‘медитация’

Кен Уилбер. Ответ критическому реализму в защиту интегральной теории

Ответ критическому реализму в защиту интегральной теории

Кен Уилбер

17 января — 2 мая 2013

Перевод © Евгений Пустошкин, май 2013

[Оригинал на англ. яз.]

Кен Уилбер квадранты

Ниже представлены два длинных примечания и один отрывок из моей недавно дописанной книги «Секс, карма, творчество», представляющей собой второй том трилогии «Космос», первым томом которой был «Секс, экология, духовность». Отчасти они были написаны в ответ на недавние статьи о критическом реализме и интегральной теории; и, хотя в них определённые аспекты критического реализма оцениваются высоко, данные выдержки однозначно выступают в поддержку интегральной теории. — Кен Уилбер

Глава «Индивидуальное и социальное», примечание 4:

[1] 4. Интегральную теорию (ИТ) и критический реализм (КР) объединяет много общего, однако есть и много существенных различий. Можно начать с того, что критический реализм отделяет эпистемологию от онтологии и делает онтологию уровнем «реального»; тогда как в интегральной теории эпистемология и онтология не могут быть настолько раздроблены и расколоты, а, напротив, являются двумя коррелирующими измерениями любого Целого события (частью тетраизмерений любого холона). Реализм считает, что есть онтологические реалии, которые не зависят от человека или человеческих теорий — включая и значительную часть уровня «реального» (здесь можно привести такие феномены, как атомы, молекулы, клетки и т. д.), — и ИТ с этим согласна, однако с одним важным различием: ИТ свойственен панпсихизм (термин, который мне не нравится, я предпочитаю термин «панинтериоризм» [англ. pan-interiorism, где —interior- означает «внутреннее измерение», — прим. пер.], что означает, что все существа имеют измерения внутреннего, или протосознание, в духе Уайтхеда, Пирса, Лейбница и т. д.), — а именно: атомы не зависят от того, чтобы их познавали люди, однако они и вправду зависят от того, чтобы их познавали другие атомы. Аспект «прегензии» атомов (протопознание, протоощущение, протосознание) помогает атомам созадействовать аспект бытия, или онтологии, друг у друга: их собственные эпистемология и онтология, таким образом, неразрывно связаны и взаимосозидательны. Прегензия атома есть часть его собственной онтологии (верно и обратное); по мере того, как каждый атом прегензивно познаёт своего предшественника, он играет важную роль в вызывании или задействовании его, точно так, как его собственное бытие частично зависит от пребывания прегензивно познанным / узнанным / включённым своим предшественником. Если мы на мгновение повременим с вопросами квантовой механики (см. ниже), ничто из этого в своём существовании, или бытии, не зависит от людей, и всё же прегензия-ощущение-познавание атома является неотъемлемым аспектом этого уровня «реального». Сознание не является чем-то, что можно убрать из сущего, чтобы оставить свободную от сознавания «онтологию», которая только себе лежит да поджидает, когда же её наконец-то познает какое-то другое сознающее существо. Напротив, сознание простирается до самого низа и формирует часть внутренне присущих каждому онтологическому существу, или холону, сознавания и созидательности. «Предельная категория» Уайтхеда — а именно: «творческое продвижение в новизну» — является частью прегензии каждого бытия, существующего во вселенной, и аспект созидательности нельзя отрезать от аспекта бытия без нанесения насильственной травмы. Постулировать наиболее фундаментальный уровень реальности в качестве исключительно онтологии — бытие без познания, сознания или творчества — по сути представляет собой ход первопорядковых уровней развития, который раскалывает на куски Целостность данного и любого реального события.

Аналогичным образом и духовная трансценденция (Эрос) тоже простирается до самого низа. С неоуайтхедианской точки зрения, характерной для ИТ, каждое новое мгновение обретает бытие в качестве субъекта (со всеми четырьмя квадрантами) и оно прегензивно познаёт (тетрапрегензирует) своих предшествующие мгновения, которые теперь становятся объектом (во всех четырёх квадрантах) для этого нового субъекта. Новый субъект «превосходит и включает» старый субъект (теперь ставший объектом), а посему они взаимосотворяют друг друга: старый субъект, который теперь является объектом и включён в новый субъект, помогает сформировать очертания самого субъекта через простой факт бытия включённым в него, действительно им охваченным и, таким образом, в некоторой степени предопределяющим его. Также новый субъект, включая старый субъект, играет важную роль в вызывании или задействовании его, в ходе этого процесса совместно сотворяя его бытие как таковое в виде нового объекта. И новый субъект, в свою очередь, добавляет свою степень творчества, сознания и новизны, а посему на самом деле участвует в совместном творении нового бытия в самом акте прегензивного объединения. Это «превосхождение и включение» простирается до самого низа, включает малейшие микросубатомные частицы, проходит через все действительные мезоуровни развития (где, как Киган выразился применительно к человеческому развитию, «субъект одного уровня становится объектом субъекта следующего»; это есть мезоуровень уайтхедовской прегензии, а именно: то, что «субъект настоящего мгновения становится объектом субъекта следующего мгновения», теперь уже действует на более масштабном, высоком, сложном и сознательном уровне) и пронизывает все макропрактики медитации, где трансценденция является общей целью и происходит через объективизацию состояний-стадий от грубого через тонкое и причинное к Истинному Я и затем предельному Духу (причём каждое состояние-стадия превосходит и включает предыдущую: субъект одной стадии становится объектом следующей). Этот Эрос (который, безусловно, можно считать духовным) является основной движущей силой эволюции как таковой, начиная с самого начала, с момента Большого взрыва, и заканчивая всем, вплоть до предельного Просветления. Как выразился Эрих Янч, эволюция — это «самоорганизация через самотрансценденцию», и эта «трансценденция и включение» является сущностной формой перетекающего из мгновения в мгновение развёртывания реальности.  (далее…)

Реклама

­Кен Уилбер. Фрагмент А. Примечания 9–19

Фрагмент А: Интегральная эпоха на передовом краю. Примечания 9–19

«Excerpt A: An Integral Age at the Leading Edge. Notes 9–19» © Кен Уилбер, 2003

Пер. с англ. © Евгений Пустошкин, 2013

Кен Уилбер Фрагмент А Отрывок А

Навигация по «Фрагменту A»

Введение в фрагменты из второго тома трилогии «Космос»

Введение

Часть 1. Космическая карма: почему настоящее немного похоже на прошлое?

Часть 2. Космические привычки как вероятностные волны

Часть 3. Природа революционной социальной трансформации (стр. 1)

Часть 3. Природа революционной социальной трансформации (стр. 2)

Часть 4. Факты и интерпретации (стр. 1)

Часть 4. Факты и интерпретации (стр. 2)

Часть 5. Интегральный методологический плюрализм

Примечания 1–8

Примечания 9–19

Примечания 20–30

Примечания 9–19

[9] Как мы видели в примечании 6, многие вероятностные волны развития наследуются коллективно, но то, имеют они отношение к верхним или же к нижним квадрантам, зависит от рассмотрения определённых характеристик. «Красный мем», например, означает общее подмножество ценностей, которые доступны индивидууму в рамках вероятностного пространства конкретной волны сознания (волны, которую в данном случае мы называем «красной» или «эгоцентрической»). Когда индивид переживает личную субъективную ценность, которая попадает в рамки этой вероятностной волны, это есть событие верхне-левого квадранта (то есть красный мем в этом случае обозначает аспекты субъективного измерения ценности, когда она вибрирует в индивидуальном холоне определённой AQAL-матрицы). Подавляющее количество данных, собранных при помощи реконструирующего исследования, указывает на то, что общие свойства этой вероятностной волны наследуются людьми, когда они эволюционируют за пределы пурпурной волны; в нашей интерпретации это означает, что данная волна стала достаточно сложившейся космической привычкой, прегензивно познаваемой фактически всеми холонами, продвигающимися теперь по уже сложившемуся пространству.

Когда эти красные прегензии совместно разделяются с другими холонами на красном; когда есть интимный, неопосредованный резонанс красных чувств одного холона с красными чувствами другого холона или других холонов; когда красные ценности (то есть ценности, свойства которых с очень высокой вероятностью попадают в вероятностное пространство, называемое красным) формируют фон взаимопонимания; когда красные волны ценностей становятся частью ткани дорефлексивных чувствований участников любого коллективного холона; когда горизонты индивидуальных холонов, вибрирующих на красном, сливаются в достаточно взаимной прегензии: тогда мы обобщённо говорим о наличии «красного мировоззрения», и в данном случае под красным, очевидно, имеется в виду нижне-левый квадрант: не просто индивидуальное, а общественное.

И наконец, когда красная ценностная волна зажигается и вибрирует в верхне-левом или нижне-левом, наличествуют (в обязательном порядке) соответствующие вибрации в верхне-правом и нижне-правом. У людей красная ценность, ощущаемая субъективно (верхне-левый), идёт рука об руку с возросшей активностью лимбической системы (верхне-правый). И когда холоны, вибрирующие на красном, собираются вместе как группа и действуют так, словно центр притяжения группы находится на красном (то есть общие свойства поведения группы соответствуют свойствам, которые были бы сгенерированы характерными событиями на красной вероятностной волне), тогда можно говорить, что у этой группы есть синтаксис или социальная система, отражающая коллективное внешнее измерение (нижне-правый) красной вероятностной волны, а также у неё есть подмножество взаимных прегензий, семантика и дорефлексивные фоны (нижне-левый), которые отражают её межсубъективные измерения.  (далее…)

Кен Уилбер. Фрагмент А. Часть 5. Интегральный методологический плюрализм

Фрагмент А: Интегральная эпоха на передовом краю. Часть 5. Интегральный методологический плюрализм

«Excerpt A: An Integral Age at the Leading Edge. Part 5» © Кен Уилбер, 2003

Пер. с англ. © Евгений Пустошкин, 2013

Кен Уилбер Фрагмент А Отрывок А

Навигация по «Фрагменту A»

Введение в фрагменты из второго тома трилогии «Космос»

Введение

Часть 1. Космическая карма: почему настоящее немного похоже на прошлое?

Часть 2. Космические привычки как вероятностные волны

Часть 3. Природа революционной социальной трансформации (стр. 1)

Часть 3. Природа революционной социальной трансформации (стр. 2)

Часть 4. Факты и интерпретации (стр. 1)

Часть 4. Факты и интерпретации (стр. 2)

Часть 5. Интегральный методологический плюрализм

Примечания 1–8

Примечания 9–19

Примечания 20–30

Часть 5. Интегральный методологический плюрализм

Введение

Я уверен в том, что теперь у нас достаточно вводной информации, чтобы провести краткий экскурс по некоторым из наиболее распространённых методологий, которые высвечивают, задействуют и вызывают к жизни различные измерения холонов. В каждом из таких случаев (от эмпиризма и феноменологии до герменевтики и теории систем) мы можем задаться вопросом: что раскрывается или вызывается при помощи предписаний данного конкретного способа исследовательского познавания? Иначе говоря, когда мы занимаемся тем или иным исследованием, что именно мы на деле обнаруживаем? Что нам раскрывает наше познавание? И почему это важно?  (далее…)

Кен Уилбер. Интеллектуалы и прочие кошмары нью-эйджа

Интеллектуалы и прочие кошмары нью-эйджа

Кен Уилбер

[Оригинал на англ. яз.]

Кен Уилбер нью эйдж кошмары интеллект

Всё движение нью-эйдж целиком, если использовать этот термин в широчайшем и наиболее обобщённом смысле, находится в крайне неоднозначных отношениях со своим собственным разумом. Нью-эйдж попросту не знает, как поступить с интеллектом, рациональным умом, способностью к словесному и понятийному выражению, которая имеет привычку столь назойливо возникать посреди жизни.

Коль скоро меня часто относят к интеллектуалам нью-эйджа, я хотел бы рассмотреть этот непростой вопрос и, быть может, предложить взгляд изнутри на следующие темы: роль интеллекта в духовной жизни; путь джняна-йоги (духовный путь интеллекта); а также радости и ужасы этого уникальнейшего человеческого инструмента — словесного и рационального ума.

Это предлагается мною не в виде интеллектуального или академического обсуждения, а в виде последовательности личных размышлений.

Ужас пятна Роршаха

В течение двух десятилетий, в процессе которых я трудился на ниве написания книг на духовную тематику, я постоянно сталкивался с рядом критических нападок, которые, как казалось, практически ничего общего со мной не имели: эти нападки повторялись исключительно лицами, которые никогда со мной не встречались. Это может чрезвычайно озадачивать, если не понять, что данная критика, очевидно, служит отражением не столько моей личности, сколько наших странных отношений с нашим же интеллектом. Нас страшат, по всей видимости, наши же собственные интеллектуальные способности. А посему, будучи «интеллектуалом», я становлюсь тестом Роршаха для выявления кошмарного ужаса, который рациональный ум вселяет в сердце атмосферы нью-эйджа.

Я ошибался не меньше других людей; есть также и много критики, которая, на мой взгляд, мучительно точна, — я стараюсь относиться к ней очень серьёзно. Но виды критики, которые я здесь обсуждаю, в большинстве своём настолько неточны, что не остаётся ничего иного, кроме как отправиться в поиски их источника. Будучи тестом Роршаха, я становлюсь приёмником целого ряда сильнейших проекций, дающих больше сведений о настроении самого проецирующего, нежели о качествах чернильного пятна.

Дело усугубляет то, что я не являюсь публичным человеком. Это ещё более интенсивно приглашает к столу ещё больше проекций. Отсутствие открытой публичности с моей стороны оказывает такой же эффект, что и психоаналитик, который сидит за вашей спиной и которого вы никогда не видите: это позволяет вызвать страннейшие свободные ассоциации касаемо того, кем же я, должно быть, являюсь.

Не спорю, я не очень-то и публичный человек, но в моём случае причина этому достаточно проста. Когда я написал «Спектр сознания», свою первую книгу, мне едва исполнилось двадцать три. Внимание, которое породила книга, катапультировало меня из положения никому не известного аспиранта, работающего над диссертацией по биохимии, в положение «учителя нью-эйджа». Потоки приглашений вести лекции и семинары начали на меня изливаться, а я охотно их принимал. Это было опьяняюще прекрасное время.  (далее…)

Природа человека, природа Будды: Интервью с Джоном Уэлвудом

Природа человека, природа Будды: Интервью с Джоном Уэлвудом (записано Тиной Фосселла)

Опубликовано в журнале «Tricycle», весна 2011

[Перевод выполнен по несокращённому оригиналу на англ. яз., опубликованному на вебсайте Дж. Уэлвуда]

[Эта статья обсуждает многие вопросы, которые я затрагивала в недавнем интервью под названием «Будда на бензоколонке», но с гораздо большей глубиной и красноречием. Замечательное чтение, касающееся многих важных аспектов, которые могут игнорироваться — из-за «отождествления» с абсолютным взглядом и из-за стратегий избегания — и которые могут быть глубоко дисфункциональны в своей основе. По моему скромному мнению, это сбалансированное и основополагающее чтение для любого, кто всерьёз настроен на то, чтобы проживать по-настоящему «переживательную» пробуждённую перспективу. Наслаждайтесь! — Комментарий Карен Ричардс.]

В 1980-е годы возникла фигура Джона Уэлвуда как новатора по изучению взаимоотношения между западной психотерапией и буддийской практикой. Будучи бывшим директором восточно-западной психологической программы в Калифорнийском институте интегральных исследований в Сан-Франциско, он сегодня является ответственным редактором «Журнала трансперсональной психологии». Уэлвуд написал ряд статей и книг на тему отношений, психотерапии, сознания и личностного роста, включая бестселлер «Путешествие Сердца». Предложенная им идея «духовного избегания» стала ключевым понятием для того, как многие понимают опасности долгосрочной духовной практики. Психотерапевт Тина Фосселла обсудила с Уэлвудом то, каким образом эволюционировала концепция духовного избегания с тех пор, как он ввёл её тридцать лет назад.

Природа человека, природа Будды:

О духовном избегании, отношениях и дхарме

Интервью Тины Фосселла с Джоном Уэлвудом

ТФ: Тридцать лет назад вы ввели термин «духовное избегание» («spiritual bypassing»). Не могли бы вы объяснить, что это такое, для тех, кто не знаком с этим понятием?

Джон Уэлвуд

Джон Уэлвуд

ДУ: Духовное избегание является термином, который я ввёл для описания процессов, наблюдаемых мною в буддийской общине, где я пребывал, а также в самом себе. Хотя большинство из нас искренне пытаются работать над собой, я заметил широко распространившуюся тенденцию использовать духовные идеи и практики для того, чтобы обойти или избежать встречи с неразрешёнными эмоциональными проблемами, психологическими ранами и непройденными вехами развития.

Когда мы при помощи духовности избегаем чего-либо, мы обычно используем цель пробуждения или освобождения для рационализации того, что я называю преждевременной трансценденцией (premature transcendence) — попыткой возвыситься над сырой и мутной стороной нашей человечности прежде, чем мы полностью к ней обратились и примирились с нею. И в таком случае мы склонны использовать абсолютную истину для того, чтобы принижать или отрицать относительные человеческие потребности, чувства, психологические проблемы, сложности в отношениях и дефекты развития. Я вижу это как некий «производственный риск» духовного пути в том смысле, что духовность и вправду включает видение преодоления нашей текущей кармической ситуации.

ТФ: Какого рода риск с ней связан?

ДУ: Попытка выйти за пределы наших психологических и эмоциональных проблем путём уклонения от встречи с ними опасна. Она порождает изнуряющий разрыв между буддой и человеком внутри нас. Она ещё ведёт и к концептуальному, одностороннему пониманию духовности, в котором один полюс жизни возвышается за счёт его противоположности: абсолютная истина предпочитается относительной истине, неличностное — личностному, пустотное — форме, трансценденция — воплощению, а отчуждение — чувствованию. Можно, например, пытаться практиковать непривязанность через отрицание своей потребности в любви, но это приводит лишь к тому, что данная потребность вытесняется в подполье, так что она зачастую бессознательно и импульсивно отыгрывается скрытым, а также, вероятно, и вредным образом.  (далее…)

Облако меток